Егор Летов. Реанимация

Комментировать Редактировать статью

Егор Летов. Девятнадцатого февраля исполнилось десять лет, как его не стало. Есть немалые основания считать, что смерть забрала его совсем не на излете творчества. Он как раз снова входил в форму. Да и сколько там ему было-то: сорок четыре года. Смешной возраст. Можно даже сказать, младенческий. Но это для сытой спокойной Европы младенческий. А для тех, кто попал в самый центр политического, экономического и социального землетрясения, разрушившего Советский Союз и едва не разрушившего вслед за ним и саму Россию, это возраст уже почтенный. Помните ведь наверняка эти годы с конца восьмидесятых до конца девяностых минувшего века? Если помните, тогда понимаете, что дожить до сорока четырех, пройдя ту тотальную зачистку истории общей и личной, – это уже очень хорошая… карма, судьба… Можно называть, как угодно. Но факт остается фактом. Многие прошли почти без потерь. Пережили. Однако многие и нет. А с такой судьбой, как у Летова…

Обычная история

Летов начинал, как многие рок-музыканты

До создания своей первой музыкальной группы, Егор Летов мало чем выделялся из числа миллионов советских подростков, столкнувшихся в восьмидесятых с реалиями постепенно деградировавшей советской системы. К тому времени мало уже что осталось от запала прежних лет. Паровоз, летевший в коммуну, начал явно пробуксовывать, юноши, которые в семидесятые, будучи детьми, верили (по крайней мере, многие) в светлое будущее, которое просто не может не наступить, вдруг обнаружили, что жизнь, к которой они готовились, исчезла. А может, ее и не было никогда? Многие пошли вразнос. Летов явно был из их числа.

Родился, учился…

Летов рос вполне обычным парнем

Егор Летов из Омска. Хорошая семья. Мама – медик, папа поучаствовал в Великой Отечественной, военный человек. В девяностых стал секретарем райкома Компартии в том же Омске. Правда, вряд ли к тому времени это можно было рассматривать как успех и благо. Егор окончил десятилетку в 1982 году и… уехал в Подмосковье к брату, где поступил в профтехучилище - «бурсу» на тогдашнем молодежном сленге. Но учиться не стал. Видимо, свобода от родительской опеки сделала свое дело, и уже через год Егора отчислили за прогулы. Ну, и за неуспеваемость, конечно. Некоторое время он еще упирался, но в конце концов вынужден был вернуться в Омск. А там – рисование портретов Ленина (да-да, Летов рисовал портреты вождя мирового пролетариата для нужд наглядной агитации), дворницкая и еще стройка, где Егор (тогда еще Игорь) штукатурил стены.

Музыкальная шкатулка

Летов записывал альбомы дома

Увлекся музыкой Егор, в смысле стал пробовать себя в этом направлении, еще до отъезда из Омска в Подмосковье. В самом начале восьмидесятых. Уже в 1982 году у него, вернее у него и компании друзей, была группа «Посев». Но это, пожалуй, еще не в счет. Настоящая музыка началась все-таки после возвращения из Подмосковья и создания в 1984 году ставшей впоследствии культовой группы «Гражданская оборона», она же «ГрОб», она же «ГО». Все, кто знаком с творчеством Летова, понимают, разумеется, что надеяться на поддержку властей, в том или ином виде, было просто невозможно. Что бы сделала такая группа на Западе? Такая группа на Западе ушла бы в гараж. И появилась бы еще одна группа «гаражного рока». Но для этого все-таки надо было иметь гараж, инструменты. Если с последними наши парни еще кое-как разбирались, порой буквально собирая их из подручных материалов, то с гаражами было совсем неважно. В результате Летов с товарищами стал записывать музыку на квартире. Зато, как говорится, ни от кого не зависел. Кстати, забегая вперед, отметим, что эту практику записи в домашних условиях Егор продолжил и тогда, когда уже, как говорится, мог себе позволить иные условия. Что называется, к хорошему быстро привыкаешь.

Репрессии, говорите?

Летов попал под колпак органов

Когда люди слышат о репрессиях в отношении тех или иных рок-групп, появлявшихся в Советском Союзе на излете брежневской эпохи, зачастую они улыбаются. Рокеры любят поговорить о своих трудностях, о том, как им мешали, о том, как не давали площадок для выступлений, о том, как даже цензурировали песни, заставляя переделывать строки ради выхода пластинок, как об этом рассказывал позднее один большой «борец с режимом» из плеяды тогдашних рокеров. На самом деле это, разумеется, не репрессии. Если бы эти мальчики тогда столкнулись с тем, что реально можно назвать репрессиями (с тем, скажем, что происходило в СССР в конце тридцатых годов прошлого века), большинство из них постарались бы вообще забыть, что такое гитара. Хорошо, что с ними этого не случилось.

Кто-то попал в жернова

Но кому-то, конечно, досталось. Кто-то из той рок-тусовки мог бы с полным правом сказать, что его каток репрессий не миновал. Одним из тех, по кому этот каток проехал, и был Егор Летов. Возможно, так случилось потому, что Летов в своем творчестве был вообще чужд конформизма. А популярность «Гражданской обороны» набирала между тем обороты, выходя за границы Сибири. Кто-то где-то решил, что это политика, и что пора примерно проучить зарвавшегося бунтаря с гитарой. И Егора отправили в психушку, где он пробыл три месяца. Случилось это в самом конце 1985 года.

Избавиться от проблемы

Если обратиться к воспоминаниям тех, кто так или иначе переходил в позднем СССР дорогу Советской власти, то станет ясно, что зачастую с неугодными расправлялись именно с помощью психушек, а не тюрем. «Политических» не плодили. Их просто прятали с глаз долой в психбольницах. И это, скорее, не проблема именно совокупной Советской власти, которой на тот момент фактически уже не было (настолько она переродилась во что-то непонятное). Это были, пожалуй, эксцессы исполнителей, которые хотели избавиться от неудобных лично для них людей. Например, какой-нибудь участковый никак не мог справиться с хулиганствующим или вольнодумствующим молодым человеком. Тогда он с помощью нехитрых схем укладывал свою «проблему» в специализированное медицинское учреждение. А там уж все зависело, снова-таки, от конкретного медперсонала. Летову не повезло.

Приказано выжить

Летову повезло выжить в психушке

Попав в психиатрическую больницу, Летов действительно попал в серьезную и опасную историю. Возможно, он не понравился врачам, а возможно, что врачей и «попросили» со вниманием отнестись именно к этому «пациенту», но его стали, что называется, закалывать лошадиными дозами нейролептиков, что крайне неполезно для организма. Однажды Егор даже временно ослеп. Но главное, по словам Летова, что от этих препаратов человек просто теряет контроль над собой, своим телом, своим поведением. У него могут начаться судороги, он впадает в истерику, он ломается и начинает вести себя крайне неадекватно. Тогда его просто фиксируют, попросту привязывают к койке. И снова начинают закалывать все теми же нейролептиками. В конце концов у человека происходят необратимые изменения психики. И… все. «Проблемы» больше нет. Сам музыкант сравнивал эффект от этой «терапии» с эффектом от лоботомии. Помните «Пролетая над гнездом кукушки»? Человек становится покладистым, улыбчивым и тихим животным. Чтобы не прийти к подобному финалу, как вспоминал Егор, попавшему в психушку надо было проявить всю свою волю, все свое терпение, весь свой самоконтроль, осознавать каждое свое слово и действие. Только тогда у него появлялся шанс. Летов свой шанс использовал.

Политический зигзаг

Летов уходил в политику

Как бы там ни было, Егор Летов не просто выжил в обрушившемся на него тяжелейшем испытании, но и с еще большим рвением продолжил свою музыкальную и поэтическую деятельность. Естественно, что песни стали еще злее. Его популярность продолжала расти какими-то стахановскими темпами. Время шло. Приказал долго жить Советский Союз. И вдруг стало понятно, что в социализме, вероятно, что-то все-таки было, что не все мешало человеку и не от всего стоило отказываться. Как раз в этот период - конец девяностых - рок-музыкант решил, что пора заняться политикой. Летов вошел в рок-движение «Русский прорыв», став одним из его несомненных лидеров, и даже получил партийный билет национал-большевиков за номером четыре. Но прошло еще время, и немалое (около десяти лет), и музыкант официально заявляет о своем неучастии в политике. Разочаровался.

Настоящая реанимация

Летов занял оборону

Однако разочаровался или нет, но, например, писатель, публицист и общественный деятель Александр Проханов в своем фильме «Страсти по государству» отметил Летова среди тех, чьи творчество, слово и деятельность противостояли вирусу развала уже даже не СССР, но и самой России. Проханов считает, что Летов (в числе прочих, конечно) поставил свое творчество и, возможно, саму жизнь на пути засилья чернухи и депрессии, культа бандитизма и эгоизма в тогдашней российской музыке и на ТВ. Правда, здесь следует отметить, что и песни самого Летова не отличались в этот период особым оптимизмом. Но он как раз не прославлял деструкцию, он обнажал, делал зримыми ее приемы и показывал, к чему все это ведет. И уже этим противостоял ей. Недаром же одной из самых популярных песен Летова стала «Реанимация». Ведь реанимация – это очень близко к последней черте, это, возможно, и есть последняя черта, но она и шанс, тоже, вероятно, последний, но все-таки шанс на выздоровление.

Смерть от…

Летов погиб, как солдат

Егор Летов умер десять лет тому назад. В феврале 2008 года. Даже смерть его вызвала кривотолки. Так, сначала было объявлено, что музыкант скоропостижно скончался от остановки сердца. Потом появилась информация, что причиной стала острая дыхательная недостаточность, причиной которой, в свою очередь, стало отравление алкоголем. Официально остановились все-таки на первоначальной версии. Но есть и еще одна версия, которая кажется вполне уместной, если вспомнить всю жизнь Егора Летова, по крайней мере творческую: он погиб, как солдат на войне. Погиб в неравном бою с мраком и хаосом, надвигавшимся на его страну. Просто закрыл собою амбразуру.