Верховная рада приняла закон, защищающий украинский язык на телевидении

Новости и общество Политика

В Верховной раде Украины одобрен законопроект № 5313 об использовании государственного языка на телевидении. Большинством голосов (244), в первом чтении. Это случилось 15 марта, и теперь, как надеются депутаты, патриотичность программ, транслируемых в стране, резко повысится. Приняты новые квоты, ограничивающее время передач на русском языке. Вступить в действие юридическая норма должна не позднее, чем через месяц. Как воспримет это новшество народ и будет ли кого-то интересовать его мнение? С какими трудностями столкнутся телеканалы при выполнении строгих правил? Своевременно ли это решение Верховной рады? Будет ли достигнута поставленная цель?

закон

Наследие советских времён

Языковый вопрос в независимой Украине всегда стоял остро, но даже сам по себе этот факт всегда отрицался властями, причём ещё со времён СССР. Да, национальная политика КПСС была направлена на «расцвет и сближение национальных культур», а потому в каждой союзной республике всё, связанное с самобытностью народов, поддерживалось, и это каким-то загадочным образом сочеталось с борьбой против проявления «буржуазного национализма». В Украине не только во всех школах преподавалась «ридна мова», но и существовали квоты, примерно такие же, какие утверждены Верховной радой 15 марта.

телевидение

Действовали эти правила с 1989 года, и только через 23 года, после принятия так называемого «закона Кивалова-Колесниченко» русскому (а ещё болгарскому, крымскотатарскому, венгерскому и пр.) языку были даны права на территориях компактного проживания нацменьшинств, в том числе и в плане телевизионного контента. Вскоре оказалось, что русскоязычное население «компактно проживает» практически во всей Украине, что начало вызывать опасения по поводу дальнейшего существования государственного языка. И тут в Киеве случился Майдан.

закон

Возможные способы решения

Основных вариантов поведения новой власти в сложной ситуации полураспада страны, начавшегося сразу после «революции достоинства», было два. Первый заключался в том, чтобы принять исторические реалии и отложить языковую проблему на неопределённый срок, в надежде на то, что после окончательной победы демократии и полного расцвета экономики население само поголовно захочет говорить по-украински. Зачем нужен в богатом и благополучном государстве какой-то другой язык? Вероятно, если бы пришедшее к власти руководство само искренне верило в собственные обещания, то поступило бы именно так. Торопиться ни к чему. Когда все увидят, как хорошо жить на Украине, то и Донбасс, и Крым вернутся, а бывшие русскоязычные засядут за учебники по «ридной мове» добровольно. Но выбран был второй вариант – принудительный. И его реализация продолжается с энергией, явно достойной лучшего применения.

квоты

Осенний доклад

Осенью прошлого года тревогу забило ранее мало кому известное (как и после этого) украинское гражданское движение «Пространство свободы», подготовившее доклад о положении украинского языка в Украине по состоянию на 2016 год. Организация эта опубликовала данные о доминировании русского языка во всех секторах информационной жизни страны. Только 35% газет и менее четверти журналов печатаются по-украински. Интернет тоже фактически «оккупирован». Есть и некоторые достижения: к примеру, 91% всех школ ведут преподавание на украинском языке, на нём же показывают в кинотеатрах фильмы (все) независимо от региона. Но этого мало. Телевидение продолжает вещать недостаточно патриотично. Дело не в содержании передач, оно-то в основном верное, а в том, что дикторы и участники программ слишком часто говорят по-русски.

квоты

Второй вариант – что ужесточилось?

Законопроект № 5313 был прият хоть и в первом чтении, но со второй попытки. Впервые его зарегистрировали ещё в конце октября (2016), затем отозвали в январе, и только в начале февраля представили новую доработанную версию. Изменения в основном заключаются в ужесточении. В начальном варианте местным и региональным телеканалам позволялось половину времени использовать для трансляции иноязычных передач, а теперь и им, и центральным вещателям установлены квоты в ¾ на государственной «мове».

квоты

Что смягчилось?

Критика жёсткой политики уже высказана Екатериной Мясниковой, исполнительным директором Независимой ассоциации телерадиовещания, напоминающей, что вообще-то в стране народов много. Но дело, конечно, не в украинских румынах, болгарах или крымских татарах. Авторы проекта разрешают даже в виде послабления использовать «другие языки», не сопровождая речь дублированием. Это можно. По-русски нельзя. И вообще, пусть радуются, что не приняты проекты, предусматривающие стопроцентный украиноязычный контент.

закон

Статистика

Само собой разумеется, что если бы языковой проблемы не существовало, то и этот закон был бы не нужен. И при том, что официальная статистика предоставляет довольно оптимистичные данные о росте процента «украиномовных» граждан за 11 последних лет, в том числе и в быту, на целых 5%, особенно после «оранжевой революции» 2004 года, но методика исследований того же «Центра Разумкова» базируется на неких опросах, а не на объективной информации. А определить долю русскоязычного населения при желании можно было бы просто. Для этого достаточно запросить данные о количестве тех, кто выбирает соответствующие опции при пользовании банковскими услугами или мобильной связью, но этого почему-то никто не делает. Официальная же статистика говорит о том, что по-украински дома разговаривают 53% граждан, а 62% населения считают государственный язык родным. Тут тоже могут быть разночтения. Родной – это тот язык, на котором «от роду» разговаривают в семьях, а не тот, что таковым объявлен. Респонденты могли этого не понимать, а объяснить разницу им было некому. Но и "объективная социологическая статистика" признаёт значительное преобладание русскоязычного общения в южных и восточных областях страны.

телевидение

Возможные проблемы

Новый закон уже вызвал шквал критики, причём в основном не со стороны убеждённых противников существующей власти (им никто слова не давал), а вполне патриотически настроенных телевизионных начальников и экспертов. Ведь сейчас большая часть передач ведётся по-русски вовсе не потому, что их авторы враждебны к властям или наняты Кремлём. Они заботятся о рейтингах программ и аудитории, а в плане приверженности националистическим идеям их порой даже одёргивать приходится, когда кто-то из журналистов начинает высказывать вообще уж какие-то мизантропические идеи, по отношению к жителям Донбасса, например. Причём по-русски.

телевидение

Проблема в количестве украиноязычного контента, да и в его качестве, собственно, тоже. Кинофильмов в стране почти не снимают, уровень подачи журналистского материала опустился ниже всех возможных пределов, в общем, смотреть по телевизору почти нечего, за исключением старых советских картин, и на это многие зрители справедливо жалуются. А за отведенный месяц ситуацию изменить невозможно.

квоты

Альтернатива

Телевидение довольно давно перестало владеть аудиторной монополией. В современную эпоху всё большую значимость приобретает Интернет, а его регулировать и ограничивать намного сложнее, чем каналы, принадлежащие чаще всего руководителям страны. Компьютер стоит примерно столько же, сколько и телевизионный приёмник, а пользование всемирной информационной сетью обходится даже порой и дешевле, чем пакет спутниковых программ. Если кто-то сейчас продолжает смотреть «ящик», то чаще всего по инерции и привычке. Пропагандистско-агитационное значение «голубого экрана» в Раде явно преувеличивают.

Но сильнее Интернета на общественное сознание влияют реальные жизненные обстоятельства, на которые депутаты по разным причинам предпочитают не обращать внимания.

  • Подписаться
  • Поделиться
  • Рассказать
  • Рекоммендовать