Образ чудовища Франкенштейна, созданного доктором Виктором Франкенштейном в одноименном романе Мэри Шелли 1818 года, стал одним из самых узнаваемых персонажей мировой культуры. Однако original представление об этом существе в книге сильно отличается от того, как его изображали в последующих экранизациях.
В этой статье мы проследим эволюцию образа чудовища от романа Шелли до фильмов ужасов XX века и выясним, откуда взялся стереотип «Франкенштейна» как глупого и безобразного монстра, слепо совершающего убийства.
![Борис Карлофф в роли чудовища в фильме 1931 года](/misc/i/gallery/2/3878850.jpg)
Чудовище в романе Мэри Шелли
Чудовище Франкенштейна впервые появляется в романе Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей», опубликованном в 1818 году. Главный герой романа, Виктор Франкенштейн, мечтает создать живое существо из неживой материи. В результате ему удается оживить создание, внешний вид которого вызывает у него самого ужас и отвращение.
В романе не дается подробного описания процесса создания этого существа. Упоминается лишь, что Франкенштейн использовал различные химические вещества и оборудование, а также части тел, добытые им в «бойне и анатомическом театре». Более точных научных деталей автор избегает. Очевидно, Мэри Шелли не обладала глубокими познаниями в медицине и биологии. Однако некоторые исследователи полагают, что процесс создания чудовища был ближе к алхимии, чем к науке.
Само существо описывается в романе как гигантское, уродливое и пугающее. У него желтая кожа, контрастирующая с черными блестящими волосами, белоснежными зубами и мутными глазами. Черты лица несоразмерны, движения неуклюжи. Франкенштейн в ужасе от созданного им монстра, сравнивая его по уродству с мумией, ожившей после смерти.
- Монстр обладает разумом и может мыслить независимо
- Он способен выучить язык и научиться читать
- Его жестокость осознанна и этически мотивирована
В отличие от более поздних экранизаций, в романе чудовище Франкенштейна интеллектуально развито. Оно способно к самостоятельному критическому мышлению, может научиться читать и писать, осознает моральную сторону своих поступков. Таким образом, в книге это скорее «демонический» персонаж, а не бессмысленное чудовище.
Появление образа в кинофильмах ужасов
Хотя роман Мэри Шелли был опубликован еще в 1818 году, широкую известность образ чудовища Франкенштейна приобрел благодаря его экранизациям в фильмах ужасов XX века. Одним из первых стал немой фильм режиссера Дж. Серлы «Франкенштейн» 1910 года. А в 1931 году вышла знаменитая лента Джеймса Уэйла с Борисом Карлоффом в главной роли.
Именно эта экранизация во многом определила классический образ Франкенштейна в массовой культуре. В фильме чудовище предстает как гигантское создание, сшитое из частей трупов и оживленное с помощью молнии. Его внешний вид шокирует и пугает окружающих. Однако интеллектуальные способности монстра ограничены, его речь примитивна, а действия зачастую инстинктивны.
Такое воплощение образа чудовища сильно отличается от его литературного прототипа, где тот обладал развитым сознанием и мог рассуждать на сложные этические темы. Но именно киношный «Франкенштейн» прижился в массовой культуре благодаря своей визуальной выразительности и метафорической емкости.
В дальнейшем образ часто использовался в фильмах ужасов как олицетворение опасности бездумного вмешательства человека в законы природы. Чудовища в таких картинах, как «Невеста Франкенштейна», «Франкенштейн против человека-волка» или «Франкенштейн 1970» повторяли и варьировали основные черты персонажа, придуманного Уэйлом и Карлоффом. При этом конкретные детали его создания и внешнего вида могли меняться.
Например, в фильме Мела Брукса «Франкенштейн Джуниор» чудовище было пародийно показано как нелепое и неуклюжее создание с плоскими электродами на шее. А в картине Кеннета Брана «Франкенштейн Мэри Шелли» классический образ дополнялся отсылками к первоисточнику, в частности, темой моральных страданий монстра. Так кино продолжает переосмыслять и видоизменять этот метафорически емкий образ, корни которого уходят в готический роман XIX века.
Отличия книжного и кинематографического Франкенштейна
Несмотря на общую известность, кинематографический образ чудовища Франкенштейна сильно отличается от его литературного прототипа. Главные различия касаются внешнего вида монстра, способа его создания и интеллектуальных способностей.
Во-первых, в романе Мэри Шелли отсутствует детальное описание процесса создания существа. Упоминаются лишь алхимические эксперименты с неопределенными «материалами». Никакой информации об использовании частей трупов, швов или электричества нет. Эта идея целиком придумана сценаристами голливудских фильмов ужасов.
Во-вторых, в книге нет точного описания внешнего вида чудовища. Сообщается лишь, что оно выглядит уродливо и шокирует взгляд. При этом его рост гигантский, а конечности непропорциональны. Кинематограф добавил конкретные швы и болты на теле, серую кожу, плоскую голову и электроды.
Наконец, самое важное отличие касается интеллектуальных и речевых способностей чудовища. В романе это мыслящее, чувствующее существо, осознающее себя и окружающий мир. Оно способно к самостоятельному обучению и даже чтению. Напротив, кинематографический образ лишен развитого сознания, что делает его скорее безвольной тварью.
Так произошла трансформация глубокого и трагического литературного образа в шокирующий визуальный символ, удобный для использования в бульварных фильмах ужасов. При этом многие важные аспекты оригинальной идеи Мэри Шелли, в том числе вопросы этики научных исследований, оказались утрачены в погоне за внешними эффектами.
![Кадр из немого фильма 1910 года с более грубым образом чудовища](/misc/i/gallery/2/3878852.jpg)
Эволюция образа в культуре XX века
Хотя первоначальный вариант образа чудовища Франкенштейна был создан в кинофильме 1931 года с Борисом Карлоффом в главной роли, в дальнейшем он претерпел множество интерпретаций и трансформаций в культуре XX века.
Уже в продолжении «Невеста Франкенштейна» (реж. Джеймс Уэйл, 1935 г.) появляется женская версия монстра. А в фильмах ужасов последующих десятилетий чудовище Франкенштейна нередко выступало как собирательный образ для разного рода мутантов, зомби и сверхъестественных существ.
Отточенный годами голливудский штамп при этом подвергался все большей эстетизации, превращаясь в самостоятельный визуальный символ, узнаваемый даже для тех, кто не знаком с первоисточником. Ярким примером такой трансформации может служить известный плакат к фильму «Франкенштейн» с Борисом Карлоффом.
В то же время во второй половине XX века появлялись и более интеллектуальные реинтерпретации классического сюжета. Так, в фильмах «Франкенштейн: Истинная история» (1973) и «Готическая драма» (1986) предпринимались попытки вернуться к первоисточнику Мэри Шелли и ее философским идеям. А многочисленные пародии вплоть до «Франкенштейна Джуниора» Мела Брукса обыгрывали узнаваемость классических визуальных кодов этого образа.
Таким образом, на протяжении XX века чудовище Франкенштейна проделало путь от литературного символа через голливудский штамп до узнаваемого визуального бренда, сохраняя при этом некоторую неисчерпаемость интерпретаций для новых поколений творцов и зрителей.
Современные интерпретации литературного монстра
Несмотря на двухсотлетнюю историю, образ чудовища Франкенштейна не утратил своей притягательности и в XXI веке, продолжая подвергаться новым интерпретациям в кино, литературе и других видах искусства.
Одним из наиболее заметных примеров является фильм «Я, Франкенштейн» (2014). Здесь классический сюжет оживления монстра обыгрывается с использованием современных технологий, включая генную инженерию и искусственный интеллект. Так поднимаются проблемы этических границ научного прогресса, волновавшие еще Мэри Шелли.
Еще одна интересная реинтерпретация дана в фильме «Виктор Франкенштейн» (2015). Здесь акцент сделан на личной трагедии самого доктора Франкенштейна, вынужденного уничтожить собственное создание из-за его опасности для людей. Таким образом, зрителю предлагается более пристальный взгляд на мотивацию ученого, его этические терзания.
На телевидении образ чудовища Франкенштейна активно используется в сериалах ужасов последних лет. Это, в частности, «Оживший», «Франкенштейн хроники», «Пенни Дредфул». Здесь также присутствуют как отсылки к голливудской классике жанра, так и новые оригинальные идеи, связанные с этим литературным монстром.
Таким образом, бессмертное произведение Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей» продолжает вдохновлять новые поколения художников по всему миру на создание собственных интерпретаций классического образа. И, видимо, не исчерпает свой потенциал еще долгие годы, задавая вечные вопросы о границах человеческих возможностей и этической ответственности ученых.
Значение истории Франкенштейна для науки и этики
Роман Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей» написан почти 200 лет назад, но до сих пор сохраняет свою актуальность, ставя вопросы этики научного прогресса. История об ученом Викторе Франкенштейне и его творении оказала значительное влияние как на массовую культуру, так и на представления о роли науки.
Бессмертный литературный сюжет о попытке создать новую жизнь из неживой материи и вышедшем из-под контроля чудовище стал метафорическим предостережением ученым, рискующим выйти за этические границы ради научного прогресса. Тем самым Мэри Шелли поставила важнейший вопрос о моральной ответственности за последствия научных открытий.
По сути, она предвосхитила многие бурные дискуссии о генной инженерии, клонировании, искусственном интеллекте и других передовых технологиях нашего времени. Сама идея создания новой жизни из неорганических материалов, вызвавшая ужас у людей XIX века, сегодня вполне научно обсуждается как гипотетическая перспектива.
Таким образом, пусть сам Виктор Франкенштейн и вымышленный персонаж, но его история и по сей день напоминает ученым об ответственности за свои открытия, о заботе об этической стороне научного прогресса. И в этом уникальное культурное и социальное значение романа Мэри Шелли, который по-прежнему читают и обсуждают по всему миру спустя два века после своего создания.