Драматические произведения Пушкина: «Моцарт и Сальери», краткое содержание

Трагедия «Моцарт и Сальери» входит в число камерного цикла драматических произведений А.С.Пушкина, который сам автор назвал «Маленькие трагедии». Написанные в 1830-м году, они поднимали философско-нравственные проблемы, которые были важны для поэта и его близкого окружения: вызов судьбе, противопоставление чувств любви ханжеской морали общества в «Каменном госте»; разрушающая власть денег в «Скупом рыцаре»; человеческая и божественная природа гения, ответственность его за свои дела и произведения в «Моцарте и Сальери»; нежелание смеряться перед обстоятельствами, протест против фатализма в жизни в «Пире во время чумы».

«Моцарт и Сальери»

Трагедия «Моцарт и Сальери», краткое содержание которой можно свести к небольшому пересказу - философски глубоко насыщенное произведение. Автор рассматривает в нём такие важнейшие для каждого истинно талантливого деятеля искусства вопросы, как, может ли гений творить зло и останется ли он после этого гением. Что должно нести искусство людям? Может ли гений в искусстве позволить себе быть обыкновенным, несовершенным человеком в повседневной жизни, и многие другие. Потому, сколько бы раз не перечитывалось в оригинале «Моцарт и Сальери», краткое содержание этого драматического произведения, для вдумчивого читателя всегда найдётся, над чем поразмыслить.

В основу трагедии положены слухи о том, что композитор Антонио Сальери из зависти отравил гениального Моцарта. Прямых доказательств, конечно, этого преступления нет. Но не это важно Пушкину. Беря столь спорный детективный сюжет, поэт заостряет своё и наше внимание на другом: почему Сальери решает прервать жизнь своего гениального друга? Зависть это или нечто другое? Можно ли соотнести гения и ремесленника? С первого прочтения «Моцарт и Сальери», краткое содержание трагедии ответа, конечно, не даёт. В Пушкина нужно вдуматься!

Итак, Сальери. Мы знакомимся с ним в самом начале произведения. Уже в годах, обласканный славой, он вспоминает о своих первых шагах в музыке. В юности, чувствуя в себе талант, он, тем не менее, не смеет поверить в себя, старательно изучает творчество великих музыкантов и подражает им, постигает «гармонию алгеброй», не творя вдохновенно музыку, согласно полёту своей души и фантазии, как это сделал бы гений, а «разнимая её, как труп», на составляющие, подсчитывая ноты и их вариации в каждом аккорде и звуке. И лишь только тщательно изучив теорию, механизмы создания музыки, её правила, Сальери сам начинает сочинять, многое сжигая, что-то, после придирчивой критики, оставляя. Постепенно он становится известен, признан. Но свою славу композитор «выстрадал»: сочинительство для него – тяжкий труд. Он сам понимает, что не Мастер – подмастерье в Великом Искусстве. Но у него нет зависти к тем, кто более знаменит и талантлив, ибо герой знает: его современники добились славы на музыкальном поприще тоже благодаря тяжкому, кропотливому труду. В этом они равны.

Иное дело Моцарт, «гуляка праздный». Он сочиняет гениальные вещи легко, шутя и, словно бы смеясь над той философией творчества, которую столь долго вынашивал и создавал для себя Сальери. Молодому гению чужд сальеривский аскетизм, строжайшая самодисциплина и боязнь отойти от признанных канонов в искусстве. Моцарт творит, как дышит: естественно, согласно природе своего таланта. Пожалуй, это более всего возмущает Сальери.

«Моцарт и Сальери», краткое содержание его, сводятся, по сути, к внутреннему спору Сальери с самим собой. Герой решает дилемму: нужен ли искусству Моцарт? Готово ли сейчас время воспринимать и понимать его музыку? Не слишком ли тот гениален для своей эпохи? Недаром Антонио сравнивает Моцарта с ангелом, светлым херувимом, который, прилетев на землю, будет служить людям упрёком в их несовершенствах. Моцарт, задав своим творчеством определённую эстетическую и этическую планку, с одной стороны, поднимает искусство и души людей к новым высотам, с другой – показывает, чего стоят нынешние композиторы и их творения. Но готовы ли самолюбивые посредственности или просто люди не слишком талантливые признать за кем-то пальму первенства? Увы, нет! Пушкин сам оказывался в подобной ситуации не раз, намного опережая своё время. Потому даже краткое содержание «Моцарт и Сальери» помогает понять, чем жил поэт, что волновало его в период создания трагедии.

К Сальери приходит Моцарт. Он хочет показать другу новую «вещицу», которую сочинил недавно, а заодно «угостить» его шуткой: проходя мимо трактира, Вольфганг услышал, как нищий скрипач играет его мелодию, нещадно фальшивя. Подобное исполнение показалось гению забавным, и он решил развеселить Сальери. Однако тот шутку не принимает и прогоняет исполнителя, бранит Моцарта, упрекая, что он не ценит свой талант и вообще недостоин сам себя. Моцарт исполняет мелодию, сочинённую недавно. И Сальери в ещё большем недоумении: как можно, сочинив столь замечательную мелодию, обращать внимание на фальшивые пассажи доморощенного скрипача, находить их забавными, а не оскорбительными. Неужели он не ценит себя, свою гениальность? И вновь возникает тема возвышенной природы истинного искусства: Сальери сопоставляет друга с Богом, который не догадывается о своей божественности. В конце сцены приятели договариваются вместе пообедать, и Моцарт уходит.

При чтении трагедии «Моцарт и Сальери», анализ следующей сцены сводится к тому, как, какими аргументами Сальери убеждает себя в необходимости оборвать жизнь гениального товарища. Он считает, что без Моцарта искусство только выиграет, что композиторы получат возможность писать музыку в силу своих скромных талантов и без оглядки на великого современника. Т.е., погубив Вольфганга, Сальери окажет неоценимую услугу искусству. Для этого Антонио решает воспользоваться ядом, полученным в дар от былой возлюбленной.

Последняя сцена – в трактире. Моцарт рассказывает другу о каком-то странном визитёре, чёрном человеке, который его преследует в последнее время. Затем речь заходит о Бомарше, таком же, как и Моцарт, гениальном человеке, драматурге с ярким, искромётным талантом и полной свободой в творчестве. Был слух, что Бомарше отравил кого-то, но Моцарт в это не верит. По его словам, злодейство и гениальность не смогут сосуществовать в одном человеке. Гений может быть только воплощением Добра и Света, Радости, а потому не может нести в мир Зло. Он предлагает выпить за них троих, собратьев по Свету – Сальери, Бомарше и его, Моцарта. Т.е. Вольфганг считает Антонио своим единомышленником. А Сальери бросает ему в бокал с вином яд, Моцарт пьёт, искренне полагая, что рядом с ним сердце такое же искреннее и большое, как и у него.

Когда Моцарт играет «Реквием», не зная даже, что, по сути, это поминальная месса по нему самому, Сальери плачет. Но это не слёзы раскаяния и боли за друга – это радость от того, что долг выполнен.

Моцарту плохо, он уходит. А Сальери размышляет: если прав Моцарт, то он не гений, ведь он совершил злодейство. Но ведь знаменитый Микеланджело тоже, как говорят, убил своего натурщика. Однако суд времён признал его гениальность. Значит он, Сальери, всё же гений? А если про Буанаротти всё выдумки глупой толпы, если скульптор не убивал никого? Тогда Сальери – не гений?

Финал трагедии открыт, за ним, как это часто бывает у Пушкина, «бездна пространства», и каждый должен решить сам, чью точку зрения, Сальери или Моцарта, признать за истину.

Комментарии
в каком трактире Сидел Моцарт и Сальери?