"Имя ближе, чем Россия, не могла сыскать". Трагедия Юлии Друниной: почему поэтесса, прошедшая всю войну, не смогла пережить развал Союза

Московская школьница Юлия Друнина слыла заядлым читателем и с детства писала стихи. Темой ее творчества были замки, рыцари, экзотические путешествия, прекрасные дамы и цыганки. Когда Юлии исполнилось 16 лет, началась война. Девушка, не задумываясь, прибавила себе год и записалась добровольцем в санитарную дружину РОКК.

«Имя ближе, чем Россия, не могла сыскать»

В конце лета 1941 г. при подступлении немцев к Москве Юлию отправили на строительство оборонительных сооружений в Можайск. Во время бомбежки девушка отстала от своих и была подобрана отрядом пехотинцев, который как раз нуждался в санитарке. Вместе с этими бойцами Красной Армии в последующем будущая поэтесса попала в окружение.

Отряд 13 дней пробирался к своим. В конце пути командир отряда, в составе которого к тому моменту осталось всего 9 человек, подорвался на мине. Двое бойцов при этом погибли, а Юлия была оглушена.

Позднее поэтесса напишет в одном из своих стихотворений:

Я ушла из детства в грязную теплушку,

В эшелон пехоты, в санитарный взвод.

Дальние разрывы слушал и не слушал

Ко всему привыкший сорок первый год.

Я пришла из школы в блиндажи сырые,

От Прекрасной Дамы в «мать» и «перемать»,

потому что имя ближе, чем Россия,

Не могла сыскать.

Через некоторое время после возвращения в Москву Юлия была эвакуирована вместе с отцом, историком и педагогом, в Сибирь, в Тюменскую область. После смерти отца в 1942 г. от инфаркта, Юлия переехала в Хабаровск, где стала курсантом школы авиационных специалистов. По окончании учебы девушкам объявили, что вместо отправки на фронт, их переводят в запасной женский полк.

Такая ситуация Юлию не устроила. Девушка всей душой рвалась на фронт. Узнав о том, что женщин-медиков все же направляют в зону боевых действий, она нашла свое старое свидетельство об окончании курсов медсестер и уже через несколько дней получила направление на 2-й Белорусский фронт.

На фронте

На фронте Юлия попала в 667-й стрелковый полк 218-й стрелковой дивизии. В этом полку она подружилась с санинструктором Зинаидой Самсоновой, которой в последующем посвятила одно из самых известных своих стихотворений - "Зинка". Это стихотворение критики и почитатели Юлии Друниной считают самым проникновенным ее произведением.

В 1943 г. Юлия Друнина получила серьезное ранение в шею и была на волосок от смерти. В госпитале она написала свое первое стихотворение о войне:

Я только раз видала рукопашный,

Раз наяву.

И тысячу — во сне.

Кто говорит, что на войне не страшно,

Тот ничего не знает о войне.

После госпиталя Юлия вернулась на фронт и вскоре была контужена. На этот раз будущая поэтесса получила инвалидность и была комиссована. Когда Юлия вернулась с фронта, ей было всего 20 лет.

Творчество

Пережитое на войне в последующем стало основой творчества Юлии как поэтессы. Еще долгое время после Победы Друнина посвящала свои стихи этой самой болезненной, но и самой близкой для нее теме. По словам первого мужа Юлии, фронтовика и поэта Николая Старшинова:

Над ней нередко и подшучивали: мол, написала стихи о сосновом боре, а все равно в них оказались неожиданно сапоги или обмотки.

Второй муж

Как бы то ни было, несмотря на то что ей довелось пережить на войне, Юлия Друнина сумела сохранить женственность. Внешность у нее была очень привлекательной, и в нее влюблялись многие мужчины, в том числе и поэты. Когда Юлии исполнилось 30 лет, она развелась с первым супругом и вышла замуж за Алексея Каплера, ведущего «Кинопанорамы».

Этот брак для поэтессы оказался очень счастливым. Каплер был старше Друниной на 20 лет и всегда окружал ее заботой и вниманием. К жене Каплер, по рассказам близких, относился буквально по-рыцарски. И это неудивительно, ведь родился он в начале XX века в состоятельной семье, получил блестящее образование и воспитание. В детстве у Каплера были няни и бонны, которых в последующем сменил гувернер. По всей вероятности, как мальчика из состоятельной семьи Каплера научили и правильно общаться с женщинами.

Дом у Юлии и Алексея был очень гостеприимным. С бытом Юлия Друнина особенно не дружила. Но, когда к супругам приходили гости, поэтесса заказывала самые вкусные и дорогие блюда в ресторане «Елисеевский» и сама сервировала стол. В будни Юлия и Алексей готовили пищу сами. При этом у Каплера блюда получались, как вспоминали позже близкие, лучше и вкуснее, чем у Юлии.

Болезнь мужа, депрессия, отношения с дочерью

Когда Алексей Каплер заболел, Юлия самоотверженно за ним ухаживала. Поэтесса забросила все: стихи, общественную деятельность - и начала ухаживать за мужем. После смерти Алексея Яковлевича Юлия полностью потеряла интерес к жизни. Близкие считают, что начавшаяся у нее в тот момент депрессия в последующем и привела к трагическому финалу — самоубийству.

Из близких после смерти Каплера у Юлии Друниной остались только дочь Лена от первого брака и зять Андрей. С дочерью у поэтессы отношения всегда были несколько прохладными. Лена также писала стихи, чего мать категорически не одобряла. Возможно, она не считала дочь талантливой поэтессой. А может быть, полагала, что вторая поэтесса в семье — это перебор. Известно лишь, что первый сборник стихов Елены вышел только после смерти матери. И критикам ее творчество понравилось.

Гораздо более теплые отношения у Юлии складывались с зятем Андреем. Он очень уважал тещу и относился к ней почти как к матери. Именно Андрею в последующем поэтесса адресовала свою предсмертную записку.

Девяностые, развал СССР и надлом

По мнению близких и друзей, окончательно надломили поэтессу Юлию Друнину события 90-х. Женщину-фронтовичку угнетало неуважение новой власти к людям в военной форме. Юлия не могла спокойно смотреть на калек в камуфляжной форме, просящих милостыню в переходах. Еще тяжелее ей было переживать моральные унижения. Ведь многие в те времена считали советских военных оккупантами и убийцами.

Окружающие не заметили происходивших в душе Юлии перемен. Им казалось, что она остается прежней, немного холодной и жесткой, но любящей жизнь поэтессой. Юлия жила на даче и все свое время посвящала написанию стихов. Но на самом деле все было не так.

В 1991 году Юлия Друнина, написала зятю записку:

Андрюша, не пугайся! Вызови милицию, и вскройте гараж!

Эту записку поэтесса прикрепила к двери гаража, а сама зашла внутрь, выпила спиртное и включила двигатель автомобиля. Женщина, которая пережила войну, не смогла пережить перестройку. Будучи неисправимой идеалисткой, Юлия выстояла при крушении мира, но сдалась при крушении идеалов.

Обдуманный шаг

Как оказалось позже, свое самоубийство Юлия планировала заранее - в течение почти целого года. С ее стороны это был обдуманный шаг, а не импульс. В предсмертном письме поэтессы были такие строки:

Почему ухожу? По-моему, оставаться в этом ужасном, передравшемся, созданном для дельцов с железными локтями мире такому несовершенному существу, как я, можно, только имея крепкий личный тыл... А я к тому же потеряла два своих главных посоха — ненормальную любовь к Старокрымским лесам и потребность творить... Оно лучше — уйти физически неразрушенной, душевно несостарившейся, по своей воле. Правда, мучает мысль о грехе самоубийства, хотя я, увы, неверующая. Но если Бог есть, он поймет меня...

Похоронить себя Юлия Друнина завещала в Старом Крыму — в месте, куда она часто приезжала вместе с мужем и где был похоронен и он сам.

Нашли нарушение? Пожаловаться на содержание

Знакомы ли вы с творчеством Юлии Друниной?
Комментарии 0
Подписаться
Я хочу получать
Правила публикации
Редактирование комментария возможно в течении пяти минут после его создания, либо до момента появления ответа на данный комментарий.