Известная поэтесса Марина Цветаева и ее дети: сложность трагических отношений

Марина Цветаева была талантливой поэтессой, но при этом никудышной матерью. По ее милости обе дочери, рожденные от Сергея Эфрона, оказались в приюте, одна из которых скончалась от голода и недостатка внимания. О ее смерти Цветаева отзывалась прохладно - винила не себя, а персонал заведения и сестер мужа.

Старшая дочь Ариадна

В мае 1911 года поэтесса познакомилась с Сергеем Эфроном, спустя год вышла за него замуж и родила первую дочь - Ариадну. Близкие прозвали ее Алей. Марина Ивановна души не чаяла в своем ребенке, который был похож на нее не только внешне. Цветаева называла Алю Психеей и посвятила ей сборник своих стихов. Девочка рано научилась читать и писать, была крайне эксцентричной и непохожей на других детей. В дневниковых заметках писательница часто говорила о том, что Ариадну ждет великое будущее, в котором она не сомневается. В письмах друзьям, в частности Максимилиану Волошину, Цветаева признавалась, что любит ребенка беззаветно, даже ревнует, когда та упоминает отца или его родственников при разговоре.

Критики и исследователи творчества и жизни Марины Ивановны сходились во мнении, что поэтесса испытывала даже не материнские чувства к своей старшей дочери, а такие, которые испытывает женщина к мужчине. Нечто беззаветное, страдающее, незыблемое с нотками ревности и самопожертвования.

Несчастная жизнь Ирины

Спустя пять лет, в 1917 году, на свет появился второй ребенок четы - Ирина. Девочка с самого рождения была обречена на верную погибель. Марина Цветаева невзлюбила ее практически сразу. В Ирине поэтесса не видела всего того, чего хотела бы видеть в ребенке - продолжения себя, творческой настроенности, возвышенности души. Девочка была полностью земная, реальная, по признанию Марины Ивановны, и это безумно раздражало мать.

В письмах писательница нелестно отзывалась о своей второй дочери - то она не вовремя просит есть, то совершенно некстати закатывает истерики, то питается известкой и даже помоями. Однажды Ирина осталась без присмотра и от голода съела целый кочан капусты, за что была проклята матерью и наказана. Девочке, к несчастью, не суждено было дожить до 4 лет.

Политические перевороты

С начавшимся в стране политическими переворотами жизнь Марины Цветаевой изменилась катастрофически. Ее супруг, Сергей Эфрон, революционно настроенный, решил посвятить всего себя политической борьбе. Он стал участником белогвардейского движения и служил на Юге России. Поэтесса осталась одна практически без средств к существованию, до недавнего времени она работала в Информационном отделе Комиссариата по делам национальностей, потом неоднократно переводилась в другие места службы. Но в дневниковых записях упоминала о том, что устает изо дня в день перебирать бумажки.

В какой-то момент Марина Ивановна решает определить обеих дочерей в приют в Кунцево. Она придумала историю, якобы нашла девочек у себя на пороге дома. Если бы в приюте узнали, что это ее дети, никто не разрешил бы разместить их у себя. Цветаева изредка навещала девочек и прекрасно видела, что живут они в сплошной нищете и голоде, под кроватями водились крысы, Аля и Ирина сами вынуждены были находить себе пропитание. Время от времени в приюте появлялись сестры Сергея Эфрона, которые оказывали посильную помощь, приносили еду малышкам.

"Я никогда ее не любила"

Цветаева благодарила Веру и Лилю Эфрон за то, что помогают девочкам, сама порой тоже ходила к родственницам мужа в гости, чтобы спастись от голода и неминуемой гибели. В один из дней Аля слегла с малярией в приюте, вслед за ней заболела и Ирина. Отчаянию матери не было предела. Она бегала за лекарствами, деньги на которые занимала и просила у родственников, однако вылечить обеих ей было не под силу. Выбор был очевиден - спасать Алю и молиться о выздоровлении Ирины, которая вела себя в связи с заболеванием по-настоящему жутко. Цветаева писала, что девочка бьется головой о стену и выглядит как сумасшедшая.

От недостатка внимания и голода Ирина скончалась в 1920 году. Тогда же Цветаева пыталась искать виноватых в ее гибели, писала в письмах мужу, что Вера и Лиля не доглядели. Позже Эфрон отказывался общаться с сестрами из-за этого. В этот же период Марина Ивановна много пишет в дневниках и записных книжках. Себя она практически не винит в смерти дочери и просит Сергея "одеревенеть", поскольку толку от "ненормального" ребенка все равно мало было бы. Цветаева не забирала тело малышки из приюта и не хоронила ее. В тот период она в последний раз в своей жизни вспоминала об Ирине.

Рождение сына

Спустя год после смерти Ирины Цветаева напишет в письме Максимилиану Волошину, что давно уже не общается с сестрами мужа, которые отвратительно относились к ее детям и не присматривали за ними должным образом. Супругу, от которого она не получала писем уже давно, писала, что очень хочет родить сына. В 1921 году Эфрон находился уже в Праге, учился в Карловом университете. Впервые за 3,5 года он написал супруге, звал ее в Европу. Цветаева начала собираться в дорогу: улаживала дела на родине, приводила в порядок архивы, распродавала личные вещи. В 1922 году вместе с Ариадной она приехала в Ригу, а оттуда из Берлина в Прагу. Спустя три года Цветаева родила сына Георгия.

Тогда же семья приняла решение перебраться в Париж. Там Сергея Эфрона застало печальное известие - НКВД обвинило его в заговоре против сына Троцкого. В эмиграции писательница продолжала работать, чтобы хоть как-то обеспечить себя лишней копейкой. В письмах она писала, что семья живет только на ее гонорары от книг. Цветаева жаловалась друзьям на нищету и скитальческий образ жизни. Некоторые оказывали ей посильную помощь, жалея малолетних детей.

Возвращение на родину

Несмотря на то что во Франции жить было невыносимо, Марина Ивановна не хотела возвращаться в Россию, где родной дом был давно уже стерт с лица земли. Однако муж и Ариадна, которой к тому моменту было больше 16 лет, настаивали на том, чтобы вернуться в СССР. Уговоры на Цветаеву не действовали. Только после переезда самой Али и Сергея в Советский Союз она приняла решение отправиться вслед за ними.

В 1939 году начались репрессии. Эфрона схватили, обвинив в политических преступлениях, и расстреляли на Лубянке, Ариадну отправили в ссылку - пятнадцать лет она отбывала наказание, освободившись только в 1955 году.

Война, эвакуация и самоубийство

Война застала писательницу за переводами. Она практически не писала стихов в этот период, пребывая в отчаянии. В начале августа 1941 года она была эвакуирована вместе с сыном в Елабугу. В конце того же месяца Цветаева покончила жизнь самоубийством (повесилась) в доме, куда была определена с Георгием на постой. Она оставила три посмертных записки. Первая - для сына, в которой она объясняла мальчику, что по-другому поступить не могла и что он в будущем только поблагодарит ее за это. Вторая - для Асеевых, в которой писательница просила взять мальчика под опеку, забрать в Чистополь, чтобы он учился и смог построить хорошую карьеру. Третья - для тех, кто занимался бы ее похоронами. В ней Марина Ивановна просила, чтобы не хоронили заживо и все хорошенько проверили.

Споры

В биографической литературе до сих пор не утихают споры о том, какой на самом деле матерью была Марина Цветаева. Многие считают, что не жестокой, просто несчастной, не разобравшейся в себе, не готовой к семейной жизни. Литераторы не уверены в том, что она могла поступить как-то по-другому с Ириной, к которой изначально было одно отношение - ненависть. Что и говорить, порой даже о любимой Ариадне она отзывалась двояко - то любила и боготворила, то видела в ней дьявола во плоти, когда та играла с детьми и вела себя обыкновенно.

Нашли нарушение? Пожаловаться на содержание

Как вы считаете, был ли у поэтессы развит материнский инстинкт?
Подписаться
Я хочу получать
Правила публикации
Следят за новыми комментариями — 7
1
Две руки, легко опущенные
На младенческую голову!
Были - по одной на каждую -
Две головки мне дарованы.
Но обеими - зажатыми -
Яростными - как могла! -
Старшую у тьмы выхватывая -
Младшей не уберегла.
Две руки - ласкать - разглаживать
Нежные головки пышные.
Две руки - и вот одна из них
За ночь оказалась лишняя.
Светлая - на шейке тоненькой -
Одуванчик на стебле!
Мной еще совсем непонято,
Что дитя мое в земле.
Копировать ссылку
1
Не верю ни слову. Сколько литературы мною было перечитано на этот счёт - ничего подобного не было сказано. Ложь и провокация.
Копировать ссылку
1
Я дважды перечитывала дневники Марины Цветаевой. Читала письма сестер Эфрон. Все, что написано в этой статье неправда.
Копировать ссылку
0
Наглядный пример родительских чувств у нашей так широко рекламируемой "богемы"! Ну не была она матерью, а по жизни была КУКУШКОЙ !
Копировать ссылку
Возможно, правы были те, кто говорил, что к материнству она готова не была.Есть такая категория женщин, в силу психических особенностей остающихся инфантильными мамашами.
Копировать ссылку
2
Вы хоть статьи свои перечитываете? В 2011 году!?
Копировать ссылку
Редактирование комментария возможно в течении пяти минут после его создания, либо до момента появления ответа на данный комментарий.